Libmonster ID: SE-273
Author(s) of the publication: М. А. САПРОНОВА

М. А. САПРОНОВА

Кандидат исторических наук

В конце XX - начале XXI вв. в арабском мире произошли серьезные политические сдвиги, обусловленные значительной трансформацией экономических и социальных структур. Многие арабские страны столкнулись со сложными проблемами как внешнего порядка, так и внутреннего, сменой поколения харизматических лидеров, введением многопартийной системы и т.д.

Все эти процессы вызвали глубокие изменения в государственно-политической системе, затронув структуру и деятельность всех ее институтов. Изменения в каждой стране имели, безусловно, свои отличия и особенности, определяемые достигнутым уровнем социально-экономического и политического развития. Однако было и общее направление этих реформ - переход к широким мерам, затронувшим центральные звенья исполнительной и законодательной власти, и связанное с ними изменение правового и политического положения граждан.

ЭВОЛЮЦИЯ ПОЛИТИЧЕСКОГО ПРОЦЕССА

Подход арабских государств к реформам сформулирован в документах, принятых в мае 2004 г. на саммите Лиги арабских государств (ЛАГ) в Тунисе, на котором была утверждена программа "Путь развития, обновления и реформ". Инициаторы процесса обновления считают, что итогом проводимых преобразований должно стать укрепление демократических тенденций, освобождение от негативных явлений, доставшихся арабским народам в наследство от колониального периода, а также урегулирование конфликтных ситуаций в регионе и укрепление национальной безопасности.

Все арабские страны, вставшие на путь обновления общественно-политической сферы, сталкиваются в ходе проведения реформ с практически идентичными трудностями и проблемами, что в значительной степени обусловлено сходством их истории, социально-экономического и политического развития, преобладанием роли государства в жизни общества, наличием авторитарных тенденций правления и стремлением государства встать над обществом и личностью, что свойственно исламу, концептуальные установки которого распространяются и на характер власти, и отсутствием навыков плюрализма и оппозиционной деятельности в политике.

Кроме того, в самих арабских странах существуют противоречия, проявляющиеся в расхождениях во взглядах между теми слоями общества, которые ориентируются на дальнейшее обновление политического пространства, и теми, кто выступает с позиций консерватизма. Эти противоречия касаются не только объективных сторон налаживания демократических процессов в обществах с недавним колониальным прошлым и сильными традициями авторитаризма, но и теоретической базы перехода от авторитаризма к демократии, которая представляется весьма слабой и практически неразработанной арабскими учеными. Борьба по этому поводу в арабском мире охватывает весьма широкий спектр проблем и вопросов и простирается от утверждений о невозможности воспринять демократические принципы в традиционном обществе, основывающемся на примате общины над личностью, до стремления абсолютизировать некоторые зачатки демократии и даже декларативные нововведения в отдельных арабских странах, выдавая их за тенденцию перехода к развитым демократическим государствам.

Одним из главных факторов, определяющих современное политическое развитие арабских стран, является особая роль государства, которое продолжает оставаться во многом единственной силой, формулирующей задачи и направления движения эволюции общества, его политической системы и хозяйственной жизни. Именно государство и его органы в лице правящей элиты являются инициаторами общественно-политических и экономических реформ в обществе, что позволяет многим политологам квалифицировать процессы демократизации как становление "демократии без демократов".

Государство является основным структурным элементом всей политической системы арабских стран. Ему отводится роль арбитра в целом ряде как социальных, так и политических и правовых вопросов; его прерогативой остаются планирование, внешняя политика, оборона, безопасность. Государство вмешивается и в экономику, где проявляются общие тенденции к созданию государственного сектора, в котором государство рассматривается как "гарант" соблюдения интересов различных экономических групп и "контролер" хозяйственно-экономических отношений, а также организатор особых секторов экономики, имеющих стратегическое значение.

Следует отметить, что ни одна из арабских стран не является абсолютно гомогенным политическим образованием. Национально-этнические и религиозно-общинные отношения, взятые в их исто-

стр. 20

рическом разрезе, также выступают одним из структурных элементов современного политического процесса в арабских странах, что позволяет разнородным политическим силам при умелом обращении с этноконфессиональным фактором манипулировать сознанием приверженцев одной веры или представителей той или иной национально-этнической группы, создавая трудноразрешимые политические ситуации. И в этой связи государство, выступая как самодовлеющая сила, вынуждено в ходе проведения политического курса активно содействовать поиску точек соприкосновения между противоборствующими группировками и недопущению выдвижения одной из них в качестве абсолютно приоритетной и ведущей.

Противостояние местных групп политического действия и возникающая в связи с этим задача государства постоянно вмешиваться не только в экономическую, но и общественно-политическую жизнь, выступая своего рода арбитром, породила феномен, характерный для большинства афро-азиатских стран, именуемый "направляемой демократией". "Клапан для демократии, - пишет С. Шаабан, исследуя трансформацию политического режима в Тунисе, - приоткрывается лишь в той мере, в какой это необходимо для формирования здоровой и конструктивной оппозиции демократического типа"1.

НОВЫЕ КОНСТИТУЦИИ - СТАРЫЕ РЕЖИМЫ?

90-е гг. XX в. и начало XXI в. в арабском мире были отмечены растущим динамизмом конституционного развития. Во многих странах в этот период были приняты новые конституции (в 1991 г. - в Йемене, в 1996 г. - Алжире и Омане, в 1998 г. - Судане, в 2002 г. - Бахрейне, в 2003 г. - Катаре, в 2005 г. - Ираке) или внесены существенные поправки в действующие основные законы (поправки 1990 г. в конституцию Ливана, 1996 г. - в конституцию Марокко, 2003 г. - в конституцию ОАЭ и др.). Впервые в своей истории система органов государственной власти Саудовской Аравии была закреплена в 1992 г. в принятом королем документе - Основы системы власти, - который некоторые специалисты назвали конституцией страны. Однако официально конституцией Королевства Саудовской Аравии считается Коран.

Важно отметить, что если раньше закономерности конституционного развития арабских стран зависели, в конечном счете, от характера их социальной ориентации, то на современном этапе большинство арабских стран в своих конституциях провозглашают приверженность общепризнанным принципам и нормам защиты прав человека, Уставу ООН и других международных организаций.

В новых конституциях2 наблюдается тенденция к увеличению их объема и усложнению внутренней структуры, появлению целых глав или разделов о правах, свободах и обязанностях граждан. Современные конституции арабских государств испытывают значительное внешнее влияние, воспринимая в большом объеме западные конституционные принципы и институты, заменившие прежние "социалистические" лозунги.

Эта тенденция подтверждается тем, что из многих текстов конституций было изъято упоминание о социализме, о роли в политической жизни общества трудящихся, о руководящей роли одной авангардной партии и т.д.; равно как исчезли из текстов основных законов и лозунги борьбы с империализмом и сионизмом. Изменилось и закрепление взаимодействия высших органов государственной власти, в частности, значительно расширены полномочия представительных органов власти (парламента).

Политическая практика арабских стран показывает, что современные элиты очень активно начали использовать конституционные положения для укрепления своих властных структур и создания механизмов преемственности и стабильности власти (подтверждением этому, в частности, может служить процесс конституционного формирования вторых палат в арабских странах, не являющихся федерациями, - в Алжире (с 1997 г.), Мавритании, Тунисе (с 2005 г.), Марокко (с 1996 г) и т.д.), что обеспечивает более устойчивое равновесие между исполнительной и законодательной властью, но главное - позволяет ограничить власть одной палаты созданием другой, формируемой при участии главы государства. Интересно отметить, что процесс создания двухуровнего законодательного органа затронул и аравийские монархии (Бахрейн и Оман), где были сформированы вторые палаты в совещательном органе - Совете шуры (в Омане - с 1998 г.).

В конституционном законодательстве значительно возросла роль исламского фактора, что проявилось, в частности, в конституционном закреплении полномочий новых органов, таких, например, как Высший исламский совет (Алжир, Йемен, Судан, Тунис, Египет) - специальный консультативно-согласительный орган, действующий обычно при главе государства и сформированный исключительно на традиционных принципах ислама. Уже в самом названии этот орган характеризуется как "исламский".

Так, например, конституция 1996 г. Алжира (ст. 171)3 предусматривает создание Высшего исламского совета при президенте Республики, в обязанности которого входит "способствовать и поощрять развитие иджтихада*; высказывать свое мнение по вопросам, переданным ему на рассмотрение президентом, с точки зрения их соответствия религиозным предписаниям; представлять президенту Республики регулярный отчет о своей деятельности". А в Тунисе верховный муфтий страны обязательно входит в специальную комиссию, которая выносит решение относительно законности кандидатур, предложенных на пост президента.

В этой связи в определенной степени изменился, по сравнению со "старыми" конституциями, и характер источников конституционного права. В некоторых стра-


Иджтихад - достижение высшей ступени знания, дающей право мусульманским богословам самостоятельно решать вопросы, обойденные в Коране и сунне. Муджтахиды - лица, получившие такое право.

стр. 21

нах источником законодательства теперь провозглашаются Коран и шариат вместо ранее закрепленных программных документов правящих партий, деклараций о некапиталистических преобразованиях и т.д. (Йемен, Алжир, Судан, Ирак). Так, в конституции Йемена 1991 г. (с поправками 1999 г.) установлено, что "ислам является государственной религией, а исламская правовая система представляет собой главный источник законодательства" вместо считавшихся ранее законами хартий Йеменской социалистической партии (в НДРЮЙ), которая ставила задачу трансформации власти в ходе революционного процесса в "одну из форм народной демократии, осуществляющей функции государства диктатуры пролетариата".

Новая конституция Ирака 2005 г. в преамбуле подчеркивает, что иракский народ признает над собой власть Бога, а ст. 2 устанавливает, что "ислам - официальная религия государства и основной источник законодательства", и ни один закон не может быть принят, "если он противоречит установленным нормам ислама" (Конституция 1970 г. основой общества провозглашала социалистическую солидарность (ст. 10) и создание социалистического строя на научной и революционной основе (ст. 12а).

Частью Основного закона Алжира считались Хартия социалистической законности, Хартия аграрной революции и т.д. Согласно новой конституции (ст. 2) ислам провозглашен государственной религией, а Высший исламский совет (ст. 171) следит за тем, чтобы законодательство соответствовало законам ислама и всем религиозным предписаниям.

Современные конституции арабских государств претерпели известную эволюцию и в вопросе о социально-экономической системе. Так, если в "старых" конституциях о ней почти ничего не говорилось, то в современных основных законах арабских стран этому вопросу посвящается одна или несколько глав или разделов, что свидетельствует о значительном возрастании внимания законодателей к экономическому аспекту общества.

Другая тенденция конституционного развития, связанная с социально-экономической системой, - это дальнейшая "социализация" конституций арабских стран, т.е. значительно более расширенное и четкое закрепление социально-экономических прав граждан, попытка государства ввести определенные социальные гарантии для работающих и поддержать наименее обеспеченные слои населения. При этом социальные права и свободы в арабских странах представлены в значительно большем объеме, чем политические, и они детальнее и конкретнее сформулированы в текстах большинства конституций. Кроме того, конституционные нормы дополняются обширным социально-трудовым законодательством. Объясняется это стремлением законодателя создать наиболее благоприятные условия труда для наемной рабочей силы (особенно в нефтедобывающих арабских монархиях) с целью поддержания на высоком уровне этих отраслей промышленности и получения сверхприбыли.

Важной особенностью конституционного развития арабских стран на современном этапе стало закрепление кардинальных политических изменений. Так, например, конституция Алжира впервые за весь период независимого развития страны наряду с такими составляющими нации, как арабизм и ислам, провозглашает берберизм (берберы - коренные жители страны) одной из основ алжирского общества, что явилось результатом политизации этнического фактора в современном Алжире и обострения "берберского вопроса" с началом гражданской войны в этой стране в 1992 г.

Новая конституция Ирака 2005 г. впервые провозглашает страну федерацией с двумя официальными государственными языками - арабским и курдским. Поправки, внесенные в конституцию Ливана, отражают изменившуюся политическую ситуацию в этой стране после окончания гражданской войны и подписания Таифских соглашений в 1989 г. Они предполагают постепенный отход от конфессиональной системы государственного устройства, которая функционировала еще в период французского мандата4.

РАЗВИТИЕ МНОГОПАРТИЙНОСТИ

Большие изменения претерпели и избирательные законы арабских стран, призванные, прежде всего, обеспечить победу правящим партиям в странах с республиканской формой правления, но с учетом выхода на политическую арену оппозиционных, зачастую исламских партий и движений.

В арабских республиках в конце 80-х - 90-е гг. XX в. правящие много лет партии подвергались внутренним структурным изменениям, корректировался их политический курс, но нигде (за исключением Алжира) не подверглась ревизии их монополия на власть. В этой связи интересно отметить, что в Алжире правившая в течение 30 лет партия Фронт национального освобождения (ФНО), даже потеряв власть в результате выборов в парламент на многопартийной основе в 1991 г. (тогда подавляющее большинство голосов в первом туре набрала исламская партия), смогла эту власть восстановить в 2002 г., получив в парламенте 189 из 389 мест и значительно обогнав новую, созданную в середине 90-х гг. правительственную партию Национально-демократическое объединение5.

На основе конституционных положений в большинстве арабских республик в последние годы были приняты специальные законы о политических партиях. Эти законы носят специфический характер и нацелены на всевозможное ограничение свободы образования новых политических партий, выдвигая целый ряд требований, соблюдение которых необходимо для приобретения и сохранения партиями легального статуса.

Набор этих требований различен в отдельных странах, но наиболее общей является норма, касающаяся характера политических партий: они должны быть общенациональными, не зависящими от зарубежных партий или ин-

стр. 22

тересов зарубежных государств, обязаны действовать демократическими методами, вносить вклад в социально-экономический прогресс страны.

Партии, образованные на этнической, региональной, религиозной или другой корпоративной основе, запрещены законодательством. Зачастую их создание должно быть санкционировано постановлением министерства внутренних дел, а закон о финансировании политических партий Туниса6 предусматривает субсидирование лишь тех политических партий, которые представлены в Палате депутатов или к которым депутаты присоединяются впоследствии. В Египте партиям запрещается организовывать массовые митинги, а их политические программы разрешается пропагандировать только через партийную прессу или в парламенте, а также во время парламентских выборов7.

Важно отметить, что даже в тех арабских республиках, где многопартийная система существует уже давно, отсутствуют юридические гарантии конституционной свободы партий8: действия контролирующих политические партии государственных органов (отказ в регистрации партии, приостановление ее деятельности или роспуск) не всегда могут быть обжалованы в судебном порядке.

Законодательство о политических партиях регламентирует, прежде всего, вопросы, связанные с идеологией и программами партий, устанавливая идеологические ориентиры, основу которых, как правило, составляет комплекс ценностей, входящих в понятие "современное демократическое общество". Об этом свидетельствуют, например, конституционные положения, касающиеся политических партий в Алжире, которым вменяется в обязанность способствовать защите основных прав и свобод человека, фундаментальных ценностей, республиканской формы правления, демократической организации государства, упрочению суверенитета народа и уважению свободы его выбора.

В феврале 1997 г. в Алжире накануне парламентских выборов был принят новый Закон о партиях9, запрещавший на основании ряда статей конституции использовать религию и другие составляющие алжирской нации (в т.ч. берберизм) в политических целях, а также обязывающий все партии в течение года после его принятия созвать свои учредительные съезды (что было практически невозможно для мелких и узкорегиональных движений). В соответствии с этим законом, большинство партий были вынуждены значительно изменить свои уставы и названия. Те же, кто отказался подчиниться этим требованиям, не прошли перерегистрацию в министерстве внутренних дел и решением судебных органов были формально распущены.

Таким образом, законодательство способствует обеспечению главенствующего положения в партийной структуре общества "пропрезидентским" партиям, которые набирают большинство голосов и в парламентах. По результатам последних выборов, Демократическое конституционное объединение (ДКО) президента Бен Али в Тунисе имеет 148 мест из 182 в палате депутатов; Всеобщий народный конгресс в Йемене - 238 мест из 301; Национально-демократическая партия Египта (НДП) - 311 мест из 454110; Национальный конгресс в Судане -355 мест из 360; Национальный патриотический фронт Сирии (господствующее положение в котором занимает Партия арабского социалистического возрождения - ПАСВ) имеет в парламенте 167 мест из 250, и т.д.

Несмотря на существование многопартийности, механизм управления продолжает сохранять преимущественно однопартийный характер в силу того, что как центральные, так и местные органы власти и управления практически контролируются проправительственными партиями, сохранившими доминирующую роль в обществе и обеспечивающими такое положение с помощью текущего законодательства.

Поэтому речь может идти только о начавшейся формальной либерализации, предполагающей институциональное оформление политических партий и политических прав и свобод граждан. При этом в некоторых странах она происходила под сильным давлением снизу (Алжир), в других - по инициативе сверху (Египет), в третьих - многопартийность представляла собой перевоплощение племенных структур, этнических и традиционных кланов (Йемен, Судан).

Характерно, что становление многопартийной системы и ее юридическое оформление практически во всех арабских республиках сопровождалось параллельной структуризацией и институционализацией исламских образований, течений и групп от умеренного до радикального и крайне экстремистского толка, стремившихся легализоваться и занять свое (как правило, лидирующее) место на политической арене. При этом подъем исламских движений нельзя рассматривать только как стремление восстановить традиционный порядок, ибо в основе своей они стали ответной реакцией социальных сил, неудовлетворенных определенными аспектами или общим направлением национального развития. Став в условиях правления авторитарных режимов фактически единственной оппозиционной силой, исламские движения превратились в средство разрешения возникавших социально-экономических проблем. Французский исследователь Ф. Бюрга определяет исламскую оппозицию как "социальную терапию и язык политического протеста, на котором могут выражаться демократические требования"11.

Интересно отметить и тот факт, что в некоторых арабских странах исламские лозунги стали еще и основой легитимизации тех политических партий и движений, представители которых в силу определенных исторических причин были отстранены от участия в формировании правящей в этих странах элиты. Так, например, тунисское фундаменталистское движение "Ан-Нахда" представляло, в основном, интересы выходцев с территории менее модернизированного юга страны, которые стремились по-

стр. 23

теснить в правящей элите представителей значительно более развитого района Сахеля; сирийские "Братья-мусульмане" после 1963 г. также выступали, прежде всего, против баасистского руководства, представлявшего алавитское меньшинство этой страны; ливанское движение "Амаль" было представлено шиитским меньшинством из наименее развитых районов этой страны. В Судане исламская партия Национальный исламский фронт (НИФ) во главе со своим духовным и политическим лидером Хасаном ат-Тураби стала своего рода оппозицией двухвековой монополии в социально-политической жизни духовных орденов и одновременно средством объединения всей страны под исламскими лозунгами.

Новой тенденцией 90-х гг. XX в. стали формирование в арабских странах противоположной фундаментализму "реформаторской" идеологии и институционализация партий либеральной оппозиции, представленной выходцами из новых социальных слоев (прежде всего, крупных предпринимателей, появившихся в последние десятилетия в результате проведения экономических реформ и процесса приватизации), которые довольно активно воспринимают европейские политические ценности. Они ищут самовыражения в политической сфере и медленно, но достаточно уверенно входят во властные структуры арабских республик (о чем свидетельствует появление значительного числа независимых депутатов, представленных в парламентах арабских республик последнего созыва: в Сирии они составляют 33% (83), в Ливане - 16% (20), в Египте - 8,5% (37), в Алжире - 5% (30), в Йемене - 1,5% (4 депутата), что было нехарактерно для предыдущих парламентов. Именно с этой оппозицией во многом следует связывать становление новых форм политической жизни (прежде всего, повышения роли партий). Хотя, естественно, сам факт возникновения нового "предпринимательского класса" еще не является гарантией движения страны в сторону демократизации, ибо необходима трансформация режима в целом. Тем не менее, представители новой деловой элиты, располагая достаточными финансовыми средствами и используя свои ресурсы для оказания материальной помощи населению, имеют возможность самостоятельно вести активную избирательную кампанию в отдельных округах, создавать там широкую электоральную базу и вытеснять правительственных кандидатов. Такая тенденция ярко проявилась и стала одной из важнейших черт парламентских выборов 2000 г. в Египте12.

В этой связи можно констатировать, что фактически идет, хотя и очень медленно, процесс размывания элиты новыми слоями общества, представленными, во-первых, новой бизнес-элитой и, во-вторых, выходцами из других районов или представителями других конфессий, отличных от традиционно правивших групп населения.

Переход от авторитарных режимов с однопартийной системой к политическому плюрализму предусматривает определенный период формирования новых внутриполитических взаимоотношений. Поэтому в настоящее время большинство из вновь появившихся партий представляют собой малочисленные объединения, не имеющие еще четкой сформированной программы, широкой социальной базы, а потому не оказывающие серьезного влияния на политическую жизнь страны и не составляющие в настоящее время политической конкуренции правящим партиям.

Можно констатировать тот факт, что многопартийная система в арабских странах по-прежнему лишь отражает социально-экономическую мозаичность общества и определенные изменения в расстановке политических сил, но пока не создает реальной плюралистической основы общества. Кроме того, правящая элита сильно ограничивает формы участия в политической жизни новых политических образований путем принятия жестких законов о партиях, выборах и прессе, а также через проправительственную партию или создание широкого фронта. Все это сдерживает процесс формирования действенной политической оппозиции. Правящий режим направляет ее в русло малоэффективной "конструктивной" или "системной оппозиции".

В целом можно говорить о том, что идет процесс координации и сохранения баланса различных электоральных интересов и сил. При этом стержнем процесса консолидации является правящая политическая партия, а главную объединяющую роль по-прежнему играет лидер партии и государства, который в данных социальных условиях в значительной степени определяет содержание политического маневрирования в рамках данной системы.

МОДЕРНИЗАЦИЯ АРАБСКИХ МОНАРХИЙ

Политические процессы, происходящие в последнее время в арабских монархиях Персидского залива, самими правящими элитами этих государств называются

стр. 24

"модернизацией", призванной придать существующим режимам более современный вид и дополнительную жизнестойкость.

За последние годы в государствах Персидского залива и других арабских странах были проведены симпозиумы, на которых представители различных социальных слоев и групп населения вырабатывали согласованное мнение относительно перемен в традиционном мусульманском обществе. Еще в феврале 2000 г. в Мекке саудовские власти провели Международный симпозиум по правам человека в исламе. Почти 200 делегатов из 43 стран попытались выявить особенности соблюдения прав человека в исламе и предложить уточнения в действующее в этой области международное законодательство. 13 документов симпозиума отразили 3 ключевых вопроса: права человека и их трактовка в международных документах, главные проблемы в этой сфере и в качестве приложения - права человека в исламе13.

С целью дальнейшей разработки этих вопросов была создана организация, получившая название "Диалог по содействию демократии", цель которой - объединить усилия правительств, обществ, различных организаций и других заинтересованных сторон, в т.ч. европейских государств и стран Большого Ближнего Востока, для координации деятельности по осуществлению различных политических программ. Первый "Форум для будущего", на котором была принята программа деятельности и сформулированы его основные принципы, состоялся в Рабате в декабре 2004 г. Второй форум проходил в Манаме (Бахрейн) в ноябре 2005 г., третий - в ОАЭ в октябре 2008 г.

Другая организация - "Диалог по гражданскому обществу" - призвана способствовать дальнейшему развитию политических процессов. Основными направлениями ее деятельности являются: борьба с коррупцией, обеспечение верховенства закона, участие женщин в экономическом развитии, обеспечение соблюдения прав человека. Приступив к реформам, Бахрейн, например, разрешил деятельность независимого общества по защите прав человека; правительство начало выдавать лицензии на деятельность неправительственных организаций. В 2001 г. в этой стране был создан Высший совет бахрейнских женщин во главе с супругой эмира, в апреле 2002 г. была назначена первая женщина-министр, а в верхнюю палату парламента в 2002 г. было назначено 40 депутатов, из которых 4 женщины14; полные гражданские права были предоставлены шиитам иранского происхождения, чьи предки проживали на территории Бахрейна на протяжении нескольких поколений.

В целом, планы в сфере трансформации традиционного общества сводятся к тому, чтобы добиться более активного политического участия граждан в общественной жизни, конституционно гарантированных прав человека и постепенных и умеренных демократических перемен.

При этом идея развития партнерских отношений с индустриально развитыми странами, направленных на содействие развитию реформ в арабском регионе, не встречает резких возражений у значительной части правящих элит (подтверждением чему может служить факт присутствия на Форуме в 2005 г. представителей подавляющего большинства арабских государств и представителей всех региональных объединений, существующих в арабском мире). Тем не менее, существует дифференцированный подход арабских государств к процессу проведения реформ15, связанный,

стр. 25

прежде всего, с уровнем внутриполитической стабильности и опасениями правящей элиты относительно вхождения во властные структуры новых социальных групп и политических движений. Это подтверждается тем фактом, что большинство арабских стран отказались поддержать принятие Бахрейнской декларации на Форуме в Манаме, в проекте которой содержался тезис о том, что создаваемый "Фонд для будущего" будет оказывать финансовую поддержку неправительственным организациям.

Как представляется, выработка стратегии и масштабов вмешательства в жизнь мусульманской уммы посредством реформ представляет собой самое сложное звено в политической модернизации арабских монархий, т.к. местный социум крайне иерархичен и мозаичен, он состоит из различных стран, групп, племен, кланов, семей и т.д. В этой связи начавшееся постепенное делегирование правящими семьями своих властных полномочий и принятие адаптированных к местным условиям социальных новаций при сохранении коренных устоев жизни дают большие возможности для преодоления возможных внутриполитических конфликтов.

Эти процессы в арабских монархиях протекают медленно, однако представляется очевидным, что они имеют достаточно четкие перспективы, поскольку обеспечиваются собственно государством в лице правящих элит, а институциональное закрепление основ указанных процессов подтверждается осуществлением целого ряда мер, которые способны дать гарантии движения по заданному пути. К таковым относятся: восстановление парламентской формы правления и конституционное закрепление ответственности Совета министров перед Палатой депутатов (Бахрейн); появление назначаемого поста премьер-министра (Катар), что обозначило тенденцию к большему разграничению ветвей власти, т.к. раньше эту должность всегда занимал сам эмир; создание и довольно активная деятельность конституционных судов и использование судебных органов в избирательном процессе (Кувейт); передача целого ряда законодательных функций от исполнительной власти совещательным органам (Консультативным советам, или Советам шуры); расширение представительства и изменение способа формирования (от назначаемых к выборным) консультативных органов власти и предоставление активного и пассивного избирательного права женщинам (Оман, Бахрейн); признание на внутригосударственном уровне международных конвенции о правах человека.

Несмотря на многие сложности, возникающие в ходе реформ и сохраняющиеся различия в понимании сути происходящих перемен между различными слоями общества, эти изменения свидетельствуют о том, что в ряде арабских стран разворачивается новый политический процесс, который со временем может трансформировать всю суть общественно-государственной жизни.

Демократия ни в коей мере не может рассматриваться в качестве явления, чуждого арабскому миру. Вопрос заключается в том, как она может укорениться в арабском регионе и способны ли субъекты местного политического процесса воплотить ее в жизнь. А это, в свою очередь, зависит от того, смогут ли политические силы найти в собственной цивилизационной матрице аналоги демократии или интерпретировать какие-то ее элементы в качестве таких аналогов. Иными словами, только местные субъекты политического процесса способны наполнить национальным содержанием западные элементы политической культуры, приспособив их к местным обычаям на базе компромиссов и консенсуса с различными этноконфессиональными, политическими и социальными группами.


1 Шаабан С. Тунис: путь к политическому плюрализму. Курс президента Зина Аль-Абидина Бен Али. М., 1996. С. 128.

2 Подробно вопросы современного конституционного развития рассмотрены в: Сапронова М. А. Арабский Восток: власть и конституция. М., РОССПЭН, 2001; см. также переводы конституций арабских республик в: Сапронова М. А. Высшие органы государственной власти арабских республик. М., Восток-Запад, 2007, и ее же - Высшие органы государственной власти арабских монархий. М., Многотом, 2008.

3 Constitution de la Republique Algerienne Democratique et Populaire du 28 novembre 1996. Ministere de l'interieure des collectivites locales et de l'environnement. Alger, 1996.

4 Ст. 95 конституции Ливана впервые предусматривает равное представительство мусульман и христиан в Палате депутатов и правительстве, а правило конфессионального представительства заменяется "специализацией и компетенцией" во всех областях и учреждениях согласно "национальным потребностям". См.: La Constitution Libanaise. Ajoute par la loi constitutionnelle du 21 septembre 1991. Beyrouth, 1991.

5 Официальный сайт Национальной народной ассамблеи (парламента) Алжира: http.//www.apn-dz.org

6 Deeb Mary-Jane. History of Elections in Tunisia 1959 - 1999 // Arab Law Compendium: Election Laws - www.arabelectionlaw.net

7 Brown Nathan. Egyptian Electoral Law // Arab Law Compendium: Election Laws - www.arabelectionlaw.net

8 В Тунисе согласно закону "О политических партиях" (1988) партия считается разрешенной, если по истечении четырех месяцев после подачи заявления о регистрации она не получит отказа со стороны официальных властей. При этом закреплена "обязанность" министра внутренних дел обратиться в судебную инстанцию для роспуска политической партии, но право самой партии обращаться в судебную инстанцию не закреплено. Кроме того, избирательное законодательство Туниса содержит очень много ограничений. Например, в ст. 26 Избирательного кодекса 1994 г. записано, что хотя проведение митингов и собраний разрешено, о них необходимо сообщать не позднее чем за 24 часа в министерство внутренних дел, которое может их запретить или прислать своего представителя. Все печатные издания (в т.ч. партийные) до их массового распространения должны быть обязательно представлены Генеральному прокурору и в Министерство внутренних дел.

9 Quatrieme Legislature 1997 - 2002. Lois et texts adoptes et publics au Journal Officiel de la RADP - http.//www.apn-dz.org

10 После выборов уже в самом парламенте с правящей партией консолидировались 10 т.н. "назначаемых депутатов", отдельные "независимые" и 12 депутатов, которые заняли т.н. "вакантные места".

11 BurgatF. L'Islamisme au Maghreb. Paris, 1988. P. 81.

12 Видясова М. Ф., Умеров М. Ш. Египет в последней трети XX века. Опыт либерализации экономики и политической системы. М., Ин-т Ближнего Востока, 2002. С. 127.

13 Арухов З. С. Ваххабизм и духовенство в политической структуре саудовского общества // Проблемы взаимоотношений власти и оппозиции. Махачкала, 2002. С. 216.

14 Мелкумян Е. С. Бахрейн: современные проблемы политического развития // Ближний Восток и современность. Выпуск 31. М., 2007. С. 86.

15 Мелкумян Е. С. Реформы в арабском мире: внутренний и внешний аспекты // Ближний Восток и современность. Выпуск 30. М., 2007. С. 161.


© library.se

Permanent link to this publication:

https://library.se/m/articles/view/АРАБСКИЙ-МИР-РЕФОРМЫ-ПОЛИТИЧЕСКОГО-УСТРОЙСТВА

Similar publications: LSweden LWorld Y G


Publisher:

Alex HirshmanContacts and other materials (articles, photo, files etc)

Author's official page at Libmonster: https://library.se/Hirshman

Find other author's materials at: Libmonster (all the World)GoogleYandex

Permanent link for scientific papers (for citations):

М. А. САПРОНОВА, АРАБСКИЙ МИР: РЕФОРМЫ ПОЛИТИЧЕСКОГО УСТРОЙСТВА // Stockholm: Swedish Digital Library (LIBRARY.SE). Updated: 01.07.2023. URL: https://library.se/m/articles/view/АРАБСКИЙ-МИР-РЕФОРМЫ-ПОЛИТИЧЕСКОГО-УСТРОЙСТВА (date of access: 21.05.2024).

Publication author(s) - М. А. САПРОНОВА:

М. А. САПРОНОВА → other publications, search: Libmonster SwedenLibmonster WorldGoogleYandex

Comments:



Reviews of professional authors
Order by: 
Per page: 
 
  • There are no comments yet
Related topics
Publisher
Alex Hirshman
Geteborg, Sweden
411 views rating
01.07.2023 (325 days ago)
0 subscribers
Rating
0 votes
Related Articles
THE KOREAN PENINSULA IN 2014: WHERE WILL THE PENDULUM SWING?
Catalog: Military science 
180 days ago · From Alex Hirshman
DAYS OF AFRICA IN SWEDEN
Catalog: Cultural studies 
187 days ago · From Alex Hirshman
Messages. TWO TRENDS IN THE SWEDISH NOBLE ECONOMY OF THE 17TH CENTURY
Catalog: Economics 
257 days ago · From Alex Hirshman
ДВЕ ТЕНДЕНЦИИ В ДВОРЯНСКОМ ХОЗЯЙСТВЕ ШВЕЦИИ XVII ВЕКА
Catalog: Economics 
257 days ago · From Alex Hirshman
CHINA-USA AND THE PROBLEM OF RELIGIOUS FREEDOM
Catalog: Theology 
282 days ago · From Alex Hirshman
CARROT AND STICK
Catalog: Political science 
282 days ago · From Alex Hirshman
AN ARK FLOATING ON THE WAVES OF TIME
Catalog: Science 
282 days ago · From Alex Hirshman
THEIR "TSARSKOE SELO" ON MOKHOVAYA STREET
Catalog: Literature study 
282 days ago · From Alex Hirshman
CAIRO BOOK FAIR: RUSSIA - GUEST OF HONOR
Catalog: Literature study 
282 days ago · From Alex Hirshman
HOW TO CONDUCT BUSINESS IN EASTERN COUNTRIES?
Catalog: Economics 
282 days ago · From Alex Hirshman

New publications:

Popular with readers:

News from other countries:

LIBRARY.SE - Swedish Digital Library

Create your author's collection of articles, books, author's works, biographies, photographic documents, files. Save forever your author's legacy in digital form. Click here to register as an author.
Library Partners

АРАБСКИЙ МИР: РЕФОРМЫ ПОЛИТИЧЕСКОГО УСТРОЙСТВА
 

Editorial Contacts
Chat for Authors: SE LIVE: We are in social networks:

About · News · For Advertisers

Swedish Digital Library ® All rights reserved.
2014-2024, LIBRARY.SE is a part of Libmonster, international library network (open map)
Keeping the heritage of Serbia


LIBMONSTER NETWORK ONE WORLD - ONE LIBRARY

US-Great Britain Sweden Serbia
Russia Belarus Ukraine Kazakhstan Moldova Tajikistan Estonia Russia-2 Belarus-2

Create and store your author's collection at Libmonster: articles, books, studies. Libmonster will spread your heritage all over the world (through a network of affiliates, partner libraries, search engines, social networks). You will be able to share a link to your profile with colleagues, students, readers and other interested parties, in order to acquaint them with your copyright heritage. Once you register, you have more than 100 tools at your disposal to build your own author collection. It's free: it was, it is, and it always will be.

Download app for Android