Libmonster ID: SE-183
Author(s) of the publication: В. КОРГУН

В. КОРГУН

Доктор исторических наук

Ирак и после парламентских выборов, состоявшихся 30 января 2005 г., продолжает сталкиваться с массой серьезных вызовов. Иностранная оккупация (а именно так очень многие иракцы воспринимают присутствие в стране сил международной коалиции во главе с США) провоцирует эскалацию и без того широкомасштабного национального сопротивления, а также дает возможность "Аль-Каиде" быстро превращать страну в логово террористов. Колоссальные человеческие потери, которые по-прежнему несет Ирак, не оставляют камня на камне от безудержного оптимизма инициаторов интервенции, толкующих о "новом Ираке", который де уже вскоре явится путеводной звездой для остальных стран Ближнего Востока и всего мусульманского мира. Возникает потенциальная опасность для Ирака скатиться на путь конфессионального и этнического раскола. И хотя все крупные этноконфессиональные силы, в том числе курды, выступают за единый Ирак, растущее насилие и жестокость могут привести страну к полному хаосу.

Прошедшие в январе выборы в целом прочертили контуры расстановки основных политических сил в Ираке. Впрочем, сами выборы вряд ли стали отражением воли и интересов большинства населения. Западные СМИ не скрывали своего восторга, получив сведения о 60% пришедших на них избирателей. Однако эти данные, судя по всему, были завышены, учитывая тот факт, что в стране не была проведена полная регистрация избирателей, не говоря уже о том, что избирательные участки не были компьютеризированы, международные обозреватели отсутствовали. Различные источники информации позже давали уже гораздо меньшие цифры. Большинство суннитов бойкотировали выборы. Были и попытки их срыва.

Как и ожидалось, наибольшую активность проявили курды и шииты. Только победив на выборах, они могли прийти к власти, которой были лишены на протяжении десятилетий.

С другой стороны, в борьбе против американской оккупации наиболее активны именно сунниты. Убедить их принять предлагаемую модель решения иракского кризиса - дело нелегкое. Ведь, как они считают (и не совсем небезосновательно), с момента вторжения США в Ирак их подвергают дискриминации на том основании, что в свое время они доминировали в правящей партии Баас и были тесно связаны с Саддамом Хусейном. К тому же, правившие на протяжении десятилетий Ираком сунниты и теперь не готовы согласиться на роль "второй скрипки" в создающейся ныне новой структуре власти.

Очевидно, что выборы при таких обстоятельствах не могли быть спокойными и без изъянов, но тем не менее сами по себе явились явным достижением и могут послужить средством для оздоровления политического климата в стране, создают возможность для переключения суннитов с вооруженной борьбы на политическую.

По итогам выборов в состав парламента вошли представители 12 политических партий и группировок из общего числа 111 политических организаций страны1 . Победу, как и следовало ожидать, одержали шииты, поддержанные Объединенным иракским альянсом, где доминируют шиитские партии. Они получили 140 депутатских мандатов (48,2% голосов) в 275-местной Национальной ассамблее (парламенте). За ними следуют курды - 77 мест (25,7%), на третьем месте "Иракский список" - блок партий премьер-министра временного правительства Аяда Алауи, получивший 40 мандатов (13,8%)2 . Сунниты, в массе своей бойкотировавшие выборы, получили 16 мест.

ТРУДНЫЙ ПУТЬ К ДОГОВОРЕННОСТЯМ

Первое заседание нового парламента было назначено на 16 марта. К этому времени основные политические силы, победившие на выборах, должны были договориться о формировании переходного правительства. Однако на этом пути возникло немало сложностей. По существующему положению, для формирования однопартийного правительства Ирака требуется две трети голосов депутатов. Поэтому речь могла идти только о формировании коалиционного кабинета, и хрупкий мандат шиитского альянса вынуждал их к проведению долгих переговоров, в ходе которых им приходилось договариваться с курдскими и другими партиями. Большинство из них носят светский характер и выступают против усиления роли ислама и создания шиитского правительства. Переговоры длились больше месяца. И все же до дня первого заседания парламента так и не было достигнуто окончательных договоренностей. Хотя основные политические лидеры настаивали на том, чтобы правительство было сформировано до начала первой сессии парламента. В противном случае, предупреждали они, дебаты по этому вопросу продолжатся уже в ходе заседаний высшего законодательного органа.

стр. 56


И вот 15 марта, в последний день перед заседанием, лидеры основных победивших партий провели бурные переговоры, длившиеся 11 часов, в попытках поделить власть. Их участники согласились, что в случае достижения договоренности на заседании парламента будет сформирован Президентский совет в составе президента и двух его заместителей, который должен назначить премьер-министра. В сущности переговоры шли между шиитами и курдами, набравшими на выборах большинство голосов. Но и здесь согласия достигнуто не было.

Предполагалось, что третьим участником переговоров по формированию коалиционного правительства будет уходящий в отставку премьер-министр Аяд Алауи. Он возглавляет так называемый "Иракский список", входящий в состав Объединенного иракского альянса. Однако перед началом решающих переговоров из альянса вышла небольшая политическая группировка - Национальное коалиционное движение, получившее два места в Национальной ассамблее. Это сыграло на руку А. Алауи, который не скрывал стремления расколоть альянс. Вероятно, за этим стояло намерение премьер-министра играть самостоятельную ключевую роль при новом раскладе сил.

Проведя переговоры с лидерами ряда политических группировок, в том числе и с лидером альянса Абдуль Азизом аль-Хакимом, Алауи заявил, что будет бороться за сохранение своего поста, ссылаясь на то, что его уполномочили на это его сторонники, члены "Иракского списка". Есть и другое объяснение раскола в Объединенном иракском альянсе: шиит Алауи является деятелем светского толка, и его взгляды на роль ислама в политике и стремление сохранить контакты с деятелями прежнего режима, не замешанными в преступлениях, идут вразрез с жесткой позицией многих лидеров альянса. Расколов альянс, он мог выходить на переговоры с курдами как сильный равноправный партнер. Алауи не скрывал своей решимости сформировать крупный блок и сильную фракцию в парламенте3 .

Между тем накануне решающих переговоров курды отвергли проект соглашения с Объединенным иракским альянсом о формировании коалиционного правительства. Один из их лидеров Джалал Талабани сообщил, что переговоры зашли в тупик вследствие несогласия по двум пунктам - по статусу многонационального города Киркук и курдских боевых отрядов - пишмерга. От курдов требовали разоружить эти отряды или интегрировать их бойцов в Иракскую национальную армию. Что касается Киркука на севере Ирака, в составе населения которого преобладают курды, то он находится в нефтеносной зоне страны. Поэтому тот, кто контролирует город, контролирует и нефтяные доходы.

Курды, в прошлом притеснявшиеся правителями Багдада, опасались, что, если не получат твердых обязательств от нового правительства, они рискуют потерять с таким трудом завоеванное право на самоуправление. Не сумев преодолеть разногласий до заседания парламента, курды и шииты решили совместно выступить за формирование в парламенте Президентского совета.

В ходе переговоров было достигнуто принципиальное согласие о том, что кресло президента достанется курду, один из его заместителей будет шиит, другой - суннит. На пост президента, имеющего по конституции церемониальные функции, претендовал лидер Патриотического союза Курдистана Джалал Талабани, на должность одного из его заместителей - уходящий в отставку министр финансов Адель Абдул Махди. Пост другого вице-президента должен был достаться одному из четырех суннитских деятелей, в их числе называли и готовящегося к отставке президента Гази аль-Явара. Спикером парламента предполагалось избрать также суннита4 . Наибольшие шансы занять пост премьер-министра были у лидера партии "Исламский призыв" шиита Ибрагима аль-Джаафари5 , известного своими консервативными взглядами. Его кандидатура была одобрена великим аятоллой Али аль-Систани и поддержана курдами, которые, впрочем, держали в запасе своего претендента на этот пост6 .

Многие наблюдатели отмечали, что новому правительству в первую очередь придется решать проблему, которая касается всех иракцев уже сегодня: какова будет роль ислама в новом иракском обществе. Шиитские религиозные партии, получившие большинство в парламенте, призывают к изданию жестких исламских законов, которые будут регулировать браки, разводы и вопросы наследства. Секуляристски настроенная часть арабов-суннитов и курды выступают против такой идеи. В свою очередь, Вашингтон дал ясно понять, что его целью в Ираке отнюдь не является создание исламской республики.

И хотя в период правления Саддама Хусейна власть и государство носили преимущественно светский характер, фактическая оккупация Ирака Западом и рост исламистских настроений в мире в последние годы спровоцировали (не без влияния сосед-

стр. 57


него Ирана, где правит теократия) взрыв религиозных чувств иракцев - как шиитов, так и суннитов. Не удивительно, что сопротивление иностранным войскам носит характер джихада. Однако религиозное возбуждение охватило далеко не всех иракцев. В стране существуют значительные сегменты населения, которые выступают за светский характер трансформирующегося общества. Наименее религиозны курды, которые в своем автономном районе уже давно создали вполне светскую систему правления. Представляя мнение курдов относительно государственного устройства и роли ислама, Нуширван Мустафа, помощник лидера курдов Джалала Талабани, был категоричен: "Мы отвергаем и не позволим создать (в Ираке) теократическое государство. Мы хотим отделения религии от государства"7 .

Однако в создавшейся ситуации, вероятно, оптимальным вариантом все-таки будет компромисс между исламистами и секуляристами, в первую очередь в сфере законодательства. Это будет трудный поиск. Пока же курды с шиитами договорились, что источником права в стране "будет ислам, но не только он"; впрочем, эта формула устраивает далеко не всех.

Шиитские и курдские лидеры в сегодняшнем Ираке думают о том, как "включить в игру" суннитское меньшинство, которому покровительствовал Саддам Хусейн. Однако недовольные приходом к власти шиитов и курдов, сунниты усиливают сопротивление и расширяют масштабы кровопролития, неся ответственность за взрывы и убийства, осуществляемые террористами-смертниками по всей стране.

В такой сложной обстановке 16 марта состоялось первое заседание парламента. Депутаты приняли присягу. На этом заседании, носившем скорее церемониальный характер, также не было достигнуто договоренности о составе переходного правительства, и этот вопрос был перенесен на следующее, рабочее заседание высшего законодательного органа, которое было намечено на 24 марта.

В новом правительстве шииты претендовали на посты министров внутренних дел, финансов и советника национальной безопасности, сообщил представитель Объединенного иракского альянса. Курды хотели получить посты министра иностранных дел и, возможно, нефти, а также вице-премьера. Христианское и туркменское меньшинства рассчитывали получить по одному министерскому посту8 .

За ожесточенными политическими баталиями и закулисными маневрами вокруг формирования новых органов власти в тени незаслуженно оказалась принципиально более важная проблема - выработка основ и принципов внутренней и внешней политики. Всем понятно, что о преемственности курса свергнутого Саддама не может быть и речи. И тут предстоит трудная задача - совместить навязываемые извне ценности демократии (по существу западной, не имеющей корней в Ираке) и национальные традиции, образ жизни и требования ислама. Учитывая многообразие политического, культурного, религиозного и исторического развития различных общин Ирака, можно утверждать, что этот процесс будет гораздо более долгим и сложным, нежели формирование органов власти. Важную роль будет играть и фактор внешнего влияния: с одной стороны, западные спонсоры "иракской демократии" во главе с США, с другой - соседние мусульманские страны, с которыми Ирак связывают давние исторические узы. Да и соседи Ирака тоже далеко не однородны - от секулярной Турции, интегрирующейся в Европу, до теократического Ирана, ориентированного на экспорт жесткого ислама. Куда пойдет Ирак после восстановления своего суверенитета? Вопрос остается открытым.

ОСНОВНЫЕ ОРИЕНТИРЫ

Незадолго до второго заседания парламента 24 марта, аль-Джаафари дал интервью немецкому журналу "Шпигель", где им были намечены контуры будущей политики. Главная задача вновь создаваемого правительства, подчеркнул он, "сейчас состоит в том, чтобы (оно) отвечало национальным интересам страны как в данный исторический момент, так и на перспективу". Его ответ на вопрос о роли ислама в новом Ираке был однозначен: "Ирак должен стать исламским государством - без Ирана или Саудовской Аравии в качестве крестных отцов". Надо понимать так, что в случае с Ираком исключаются варианты создания режима теократического типа подобно иранскому или саудовскому.

Действительно, постоянно подчеркивая необходимость учреждения демократии в стране, аль-Джаафари трактует роль ислама с неортодоксальных, достаточно умеренных позиций9 . Так, по его мнению, источником права в Ираке будет шариат наряду с другими юридическими системами. Всем гражданам страны, в том числе немусульманам, будут предоставлены равные права в отправлении культа. Сторонники светской формы правления не будут преследоваться. "Терпимость присуща характеру иракцев. Никому не следует опасаться за свободу мнений", - убежденно декларировал будущий ("без пяти минут") премьер. В рамки такой конструкции вписывается и равноправие мужчин и женщин. Ношение паранджи или отказ от нее - выбор самих женщин.

Что касается национального вопроса, то у аль-Джаафари, похоже, не было готовых схем. Говоря о курдах, он аккуратно обходил болезненный для них вопрос о Киркуке и отрядах пишмерга, зато представлял курдов поборниками федеративного устройства государства, которое, по его словам, устраивает как его самого, так и "большинство представленных в парламенте партий". Впрочем, судьбу Киркука он предлагал решить самому населению города после того, как туда вернутся изгнанные курды, "а поселившиеся там иракцы-арабы получат компенсацию", и обещал, что, "приняв на вооружение принцип демократической справедливости", центральные власти "должны будут подчиниться такому демократическому решению". Касаясь проблемы суннитов, аль-Джаафари был предельно лаконичен: "Я делаю все для того, чтобы побудить наших суннитских братьев совместно с нами разработать новую конституцию".

В качестве приоритетов политики нового руководства аль-Джаафари назвал борьбу с террором и вывод американских войск из Ирака. Впрочем, о его сроках он высказался весьма неопределенно:

стр. 58


как только нам удастся умиротворить страну".

Область внешней политики была весьма слабо затронута в интервью будущего главы правительства. Он заявил об отсутствии территориальных притязаний к Кувейту и назвал лишь три страны, генерирующие терроризм, - Йемен, Судан и Египет. А Саудовская Аравия, Иран, Сирия и Иордания были им причислены к странам, через которые террористы попадают в Ирак10 .

Впрочем, все это - лишь общие размышления претендента на самый влиятельный пост в стране. Наверняка, жизнь окажется много сложней всех его схем и дефиниций. В ходе решения рутинных вопросов, связанных с террором, безработицей, нищетой, постепенно, в условиях непременной политической стабилизации, будут выкристаллизовываться, не без острой политической борьбы, основы внутри- и внешнеполитического курса, которые найдут юридическое закрепление в новой иракской конституции. Залогом успешного принятия этого основополагающего документа явится достижение национального единства, что будет содействовать выходу страны из затянувшегося кризиса.

ПРОЦЕСС ПОШЕЛ?

В начале апреля были согласованы кандидаты на посты спикера парламента и двух его заместителей. 3 апреля на заседании Национальной ассамблеи ее председателем был избран министр промышленности суннит Хаджим аль-Хасани, набравший 215 голосов, а его заместителями - ученый-ядерщик шиит Хусейн аль-Шахристани (157 голосов) и ветеран Демократической партии Курдистана Ареф Тай-фур (96 голосов).

6 апреля были избраны президент страны и два его заместителя. Их кандидатуры также были согласованы заранее, поэтому голосование в парламенте, судя по его итогам, явилось чистой формальностью - за всех трех кандидатов проголосовали 227 депутатов, 30 бюллетеней оказались незаполненными и были признаны недействительными. Президентом Ирака стал лидер Патриотического союза Курдистана Джалал Талабани, его заместителями - бывшие президент суннит Гази аль-Явар и министр финансов шиит Адель Абдул Махди.

Саддам Хусейн, находящийся сейчас под следствием на одной из военных баз США под Багдадом, был потрясен, когда ему показали видеозапись избрания нового президента страны. "Он был явно расстроен, так как понял, что все закончилось", - прокомментировал ситуацию министр по правам человека Амин Бахтияр. Но больше всего, подчеркнул он, Саддама Хусейна потрясло то, что президентом страны стал курд...

Избрание Дж. Талабани президентом открыло возможность Масуду Барзани, его старому сопернику, лидеру Демократической партии Курдистана, возглавить правительство курдской автономии. Это вполне удовлетворяет соседнюю Турцию, которая опасалась, что курды в новых условиях будут требовать независимости, а Дж. Талабани известен как сторонник федерализма. "Новый Ирак необходимо строить на принципах демократии и федерализма, - заявил он в интервью телекомпании Си-Эн-Эн. - Наша страна будет независимой, единой, сильной". "Мы думаем, - завершил он эту тему, - что курды, безусловно, имеют право на самоопределение, как и другие народы мира. Но, тем не менее, курды решили стать частью федерации в рамках демократического Ирака"11 .

Темой первого выступления нового президента стал вопрос о выводе иностранных войск из Ирака. "Свержение режима Саддама Хусейна, - заявил Дж. Талабани, - свершившийся факт. Мы признательны за это многонациональным силам, но они должны покинуть пределы Ирака". В то же время он предостерег от поспешных шагов в этом направлении: власти в Багдаде будут нуждаться в иностранном военном присутствии до тех пор, пока у них не появятся "эффективные силы безопасности, способные положить конец террористической деятельности и предотвратить вмешательство во внутренние дела иракского народа"12 .

Отвечая на вопрос о действиях участников сопротивления, президент призвал к дифференцированному подходу: "Мы должны отличать введенных в заблуждение иракцев, которые верят, что они взяли в руки оружие, чтобы освободить Ирак от того, что они называют оккупацией, от криминальных банд, которые пришли извне и хотят вести беспощадную войну против иракского народа, убивать женщин и детей в мечетях и церквах". Криминальные элементы и иностранные боевики должны преследоваться и изолироваться. "Что же касается других, - подчеркнул он, - то мы должны начать с ними диалог и призвать их присоединиться к демократическому процессу в Ираке и простить их"13 .

Наконец, 7 апреля Президентский совет Ирака назначил Ибрагима аль-Джаафари премьер-министром и поручил ему сформировать правительство, на основные посты в котором уже были определены и согласованы кандидаты от трех ведущих этно-конфессиональных общин - шиитов, курдов и суннитов.

Комплектование нового кабинета растянулось более чем на три недели. 27 апреля парламент утвердил его состав, за который проголосовали 180 депутатов, 5 высказались против и 90 отсутствовали. В новом иракском правительстве 31 министр. 17 портфелей досталось шиитам, 9 -курдам и 5 - суннитам. У премьер-министра И. аль-Джаафари четыре заместителя - шиит, курд, суннит, а также туркмен. Ключевые посты, как и предполагалось, заняли шииты. Про-

стр. 59


цесс формирования правительства несколько омрачился демаршем суннитского Фронта патриотических сил, который заявил о недостаточном представительстве суннитов в правительстве и отказался одобрить его состав. Поэтому поначалу пять постов министров и два поста вице-премьера некоторое время оставались вакантными. Вскоре, впрочем, удалось урегулировать и этот вопрос.

29 мая премьер-министр выступил с правительственной программой на заседании парламента. В качестве приоритетных задач были провозглашены прекращение насилия, сокращение сроков иностранного военного присутствия и строительство федеративного Ирака с гарантией прав человека и гражданских свобод14 .

С формированием нового правительства политический кризис, в который попали лидеры Ирака, был наконец преодолен. В итоге страна получила переходную структуру власти, созданную самими иракцами, хотя, безусловно, не без закулисного участия США. И хотя ее деятельность будет ограниченной по времени, перед ней стоят сложные и ответственные задачи - разработать новую конституцию, провести по ней референдум и подготовить выборы уже постоянных органов власти к декабрю нынешнего года.

ЧТО ОЖИДАЕТ ИРАК

Таким образом, Ирак вступает в весьма ответственный этап своего развития. Его путь к демократизации будет совсем непрост, поскольку еще не решены главные проблемы, требующие радикальных изменений в политической системе и сфере безопасности. Насущная задача теперешнего иракского режима - восстановление реального суверенитета страны, что невозможно без вывода иностранных сил с ее территории. Но Вашингтон упорно отказывается назвать хотя бы приблизительные сроки вывода войск коалиции, ограничиваясь туманными заявлениями, что они останутся в Ираке до тех пор, пока там "не будет установлен мир". Позицию США, которые на сегодняшний день истратили около 230 млрд. долл. на войну и восстановление в Ираке и Афганистане, фактически контролируют поставки иракской нефти, используют территорию Ирака как еще один плацдарм борьбы с сетью "Аль-Каиды", можно еще как-то понять, но с ней не могут согласиться ни большинство иракцев, ни субъектов мирового сообщества.

Режим Джаафари - Талабани должен - и пытается - заручиться доверием народа Ирака. Оба высших руководителя страны заявляют, что будут защищать интересы всех иракцев, независимо от их этнической или конфессиональной принадлежности. Это хорошая предпосылка для консолидации ныне полного противоречий иракского общества.

Если нынешним руководителям страны удастся достичь этого, тогда они смогут восстановить ее суверенитет и проводить политику обеспечения социальной и экономической справедливости для различных конфессиональных и этнических групп, привлечь широкие слои населения к участию в процессе демократизации. А демократия, основанная на внутренних преобразованиях, имеет больше шансов на успех, нежели ее искусственные варианты, навязываемые из-за рубежа.

Следует признать, что сложность обстановки в стране в немалой степени объясняется и тем, что временное правительство А. Алауи проявило беспомощность в решении рутинных проблем выживания, с которыми население сталкивается с момента американского вторжения в Ирак. Созданные за время его правления структуры власти или развалились, или находятся в полном расстройстве. Похоже, основные усилия были направлены на создание армии и полиции, которые, к сожалению, стали легкими мишенями для повстанцев. Процесс реконструкции и развития также остается заложником ухудшающейся системы безопасности. Средства из громадного финансового пакета в 80 млрд. долл., одобренного Конгрессом США на 2005 г., направляются преимущественно на военные расходы в Ираке, в то время как на реконструкцию и развитие страны идут несравненно меньшие суммы.

Безусловно, перспективы стабилизации в Ираке будут зависеть от тех мер, которые американцы и новое иракское руководство примут с целью завоевать поддержку и доверие всех групп и слоев иракского народа и, в частности, смогут ли США отказаться от упрощенного подхода к иракской проблеме как к конфронтации или взаимодействию этнических и конфессиональных общин. Движение сопротивления до сих пор остается направленным не только против американской оккупации; в немалой степени оно выступало и против временного правительства и тех сил, которые поддерживают американцев.

Совершенно ясно, что закон и порядок в Ираке не могут быть установлены до тех пор, пока его народ не убедится, что сформированное после выборов правительство будет отстаивать его коренные интересы, а не станет ма-

стр. 60


рионеткой США, борющейся лишь против повстанцев. Если умеренные силы в Ираке, не принимающие гегемонию США, смогут взять на себя ответственность за умиротворение в стране и добиться его, это значительно увеличило бы шансы и на общую стабилизацию обстановки.

Для большинства иракцев наиболее сильным раздражителем остается пребывание на территории их страны сил коалиции, в которых преобладают американские войска. Их вывод, настаивают в Вашингтоне, сразу приведет к гражданской войне в Ираке. Но очевидно также, что их присутствие служит источником продолжающегося сопротивления интервентам.

И все же, пожалуй, для любой политической партии было бы преждевременным требовать от США вывода войск, пока не будет выработана жизнеспособная альтернатива. Поскольку процесс создания иракских эффективных сил безопасности займет минимум два года, наиболее подходящей стратегией выхода из создавшейся ситуации в нынешних условиях была бы замена войск коалиции на силы ООН с объединенным участием европейских, арабских и других мусульманских государств или исключительно арабских, которые бы воспринимались иракцами как нейтральные, не преследующие корыстных политических и экономических интересов.

Однако американские неоконсерваторы и Конгресс до сих пор отвергают эту идею. Вопрос в том, решатся ли США на стратегическую подвижку или будут упорствовать до тех пор, пока их потери и высокие военные расходы не заставят Вашингтон сделать это. Есть ли у американской администрации моральное мужество пересмотреть свои исходные цели "превращения Ирака в модель секулярного демократического проамериканского государства, дружественного Израилю", и позволить народу Ирака самому определить свою судьбу и выбрать способы перехода к новому обществу?

И все же глубинные причины политической напряженности в Ираке - исторически обусловленные различия интересов основных этнических и этно-конфессиональных групп страны: шиитского большинства, лишившихся монополии на власть суннитов, курдов со своими специфическими требованиями.

Нынешнее шиитское руководство уже не раз подчеркивало, что шииты стремятся жить в мире со всеми религиозными и этническими группами, включая арабов-суннитов, и готово предоставить им равные права. Оно заявляет, что в его намерения не входит раскол страны по религиозному и этническому признакам. Эти идеи озвучивались, в частности, шиитским религиозным лидером великим аятоллой Али аль-Систани15 . Более того, Объединенный иракский альянс (фактически конгломерат шиитских партий) претендует на роль партии, включающей все политические силы. Тем не менее между шиитами и суннитами нет доверия. Последние опасаются, что им отведут роль младшего партнера, да еще без какой-либо гарантии их прав. Курды, в свою очередь, подозревают шиитов в том, что, находясь у власти, они будут преследовать лишь свои интересы и превратят Ирак в шиитское государство.

Устранить причины этих и подобных опасений, предложить всем группам и слоям иракского общества модель единого, приемлемого для всех Ирака, призвана, в частности, новая конституция страны. В соответствии с Законом о Переходной администрации, парламент должен подготовить ее проект и представить его "на всеобщее обсуждение, которое пройдет в ходе публичных дискуссий на митингах по всей стране и в СМИ, и получить предложения от граждан Ирака". Затем должен состояться общенародный референдум по принятию конституции. В случае ее одобрения не позднее 15 декабря должно быть сформировано новое, конституционное правительство. Если же она будет отвергнута, то не позднее 15 декабря должны состояться новые парламентские выборы16 .

Чтобы достичь стабильности в стране, главным силам - шиитам, суннитам и курдам - необходимо прийти к компромиссному конституционному соглашению, которое будет отвечать общенациональным интересам.

Шииты (хотя они и в большинстве) будут вынуждены принять суровую реальность - управление страной на принципах секуляризма, если они хотят сохранить единый Ирак. К счастью, лидер шиитов Али аль-Систани разделяет эту идею и не стремится смешивать религию с политикой17 . Перед всеми группами иракского общества стоит объединяющая цель - достижение единства и стабильности страны.

Для этого, в частности, важно, чтобы в условиях политического доминирования шиитов сунниты, как и другие группы населения, получили долю власти, соответствующую их численности. Эта доля должна быть предоставлена им не как благотворительный акт, а как их законное право. Участие суннитов в управлении важно и потому, что они, не исключено, могут наложить вето на проект конституции в ходе референдума. Это вынудит лидеров шиитов пойти навстречу разумным требованиям суннитов и поможет иракцам определить их политическое будущее.

-----

1 Iraq Sets Day for Assembly Meet. BBC, 3.06.2005.

2 Allawi Still in Race as Cracks Appear in Shia Bloc. Baghdad, "The International News", 5.03.2005.

3 Iraqi Politicians Scramble to Form Govt. Baghdad, "The International News", 16.03.2005.

4 Ibid.

стр. 61


ПОЛИТИЧЕСКАЯ БИОГРАФИЯ ИБРАГИМА АЛЬ-ДЖААФАРИ

Настоящее имя иракского премьера, считающегося умеренным шиитским деятелем, - Ибрагим Абдель Карим Хамза аль-Ашайкер. Лидер исламской партии "Ад-Даава" ("Исламский призыв"), в которую вступил в 1966 г. в возрасте 19 лет. В 1968 г., когда к власти в Ираке пришла партия Баас, для "Ад-Даавы" наступили "черные времена". В тот период будущий премьер посвящает себя занятиям медициной, которую изучает в Мосуле до 1974 г. В 1980 г., опасаясь ареста в связи с запретом партии, он покинул Ирак и поселился в Лондоне с женой и пятью детьми. Тогда же взял себе нынешнее имя.

Аль-Джаафари вернулся на родину в 2003 г. сразу после падения режима Саддама Хусейна. Он стал первым председателем Временного управляющего совета, назначенного американской оккупационной администрацией в июне 2004 г. Первый же визит аль-Джаафари в Кувейт положил начало нормализации отношений между двумя странами, разорванных после вторжения иракских войск в эмират в 1990 г. До назначения главой правительства занимал пост вице-президента во временной иракской администрации.

Аль-Джаафари высказался за то, чтобы в возглавляемом им правительстве были представлены все политические силы Ирака, в том числе сунниты. Выступает за сохранение территориальной целостности и суверенитет страны, за скорейший вывод иностранных войск18 .

ПОЛИТИЧЕСКАЯ БИОГРАФИЯ ДЖАЛАЛА ТАЛАБАНИ

Дж. Талабани родился в 1933 г. Начал политическую деятельность в 1950-х гг, как один из основателей и лидеров молодежного крыла Демократической партии Курдистана (ДПК) - Союза студентов Курдистана. Быстро продвинулся в активисты партии. В 1961 г. участвовал в курдском восстании против режима Абдул Карима Касема. После переворота 1963 г., в результате которого Касем был свергнут, Талабани возглавил курдскую делегацию на переговорах с правительством Абдул Салама Арефа. Ввиду разногласий с лидером Демократической партии Курдистана Мустафой Барзани в 1965 г. Талабани присоединился к отколовшейся от партии группе - Политбюро ДПК, которую возглавил будущий тесть Талабани и идеолог партии Ибрагим Ахмад. В 1966 г. группа поддержала правительство и участвовала в военных действиях против ДПК. В марте 1970 г. группа была расформирована, когда ДПК и правительство подписали мирное соглашение.

В 1975 г. Талабани и ряд других членов бывшего Политбюро ДПК основали Патриотический союз Курдистана (ПСК), лидером которого и является Талабани. Они заявили, что это социалистическая партия, которая отделяет себя от "трайбалистской" ДПК. Спустя год они начали вооруженную борьбу против правительства. Партия понесла большие потери, когда в 1988 г. Саддам Хусейн применил против курдов химическое оружие. Талабани был вынужден покинуть Северный Ирак и укрыться в соседнем Иране. Соперничество двух партий и их лидеров стало важнейшим фактором в курдской политической жизни в последние 30 лет.

Новый этап в политической карьере Талабани начался в 1991 г., когда на волне войны в Заливе началось восстание курдов против багдадского режима. Создание коалиционными силами зоны, запретной для полетов авиации правительства Саддама на севере страны, ознаменовалось началом скоротечного "медового месяца" ПСК и ДПК. В 1992 г. состоялись выборы в Иракском Курдистане и была образована совместная администрация с участием двух партий. Однако старые противоречия вновь привели к вооруженной конфронтации, переросшей в 1994 г. в братоубийственную войну. В результате нажима США и Великобритании, многочисленных встреч делегаций обеих партий Талабани и Барзани в 1998 г. подписали в Вашингтоне мирное соглашение. Оно было закреплено на заседании регионального парламента 4 октября 2002 г., в работе которого участвовали депутаты от обеих партий. На этой сессии Талабани предложил парламенту принять закон о запрете внутрикурдской борьбы.

Накануне вторжения коалиции во главе с США в Ирак в марте 2003 г. обе партии отбросили свое соперничество во имя создания единого руководства. Их лидеры позднее были назначены во Временный управляющий совет Ирака. Многие рядовые курды требовали независимости и отделения от Ирака. Однако оба лидера дали ясно понять, что выступают только за автономию в составе единого Ирака.

6 апреля 2005 г. - день политического триумфа Дж. Талабани, он был избран президентом Ирака19 .

-----

5 Аль-Джаафари родился в 1947 г. в Кербеле, получил медицинское образование в Мосуле. Однако в 1980 г. был вынужден бежать из страны, чтобы избежать казни. Находясь в эмиграции в Иране и Великобритании, он через свою Партию исламского призыва оставался тесно связанным с родиной.

6 Iraqi National Assembly to Meet on 16th. Baghdad, "The International News", 7.03.2005.

7 Chris Tomlinson. Wrangling over New Iraq Government Begins. The Associated Press, 18.02.2005.

8 37 Killed in Iraq Clashes. New Iraqi Govt Allocates Ministries. Baghdad, "The International News", 23.03.2005.

9 Избрание руководства страны. ИТАР-ТАСС. 7.04.2005 г.

10 Прожив более 10 лет в изгнании - в Иране и Англии, Ибрагим аль-Джаафари приобрел довольно устойчивые представления о религиозных основах этих во многом полярных государств.

11 Интервью кандидата в премьер-министры. ИТАР-ТАСС. 24.03.2005 г.

12 Iraqi President Backs US Troops' Presence. Washington: "The International News", 11.04.2005.

13 Talabani Expects Iraq Constitution by August. Baghdad: "The International News", 09.04.2005.

14 Iraqi PM vows to end violence. "Daily Times", 1.06.01, 2005.

15 Iraq: An Elections Primer. USINFO.STATE.GOV, 22.03.2005.

16 Talat Masood. Post-Poll Scenario in Iraq. "Dawn", 23. 02.2005.

17 Iraq: An Elections Primer. USINFO. STATE.GOV, 22.03.2005.

18 Политический портрет аль-Джаафари. ИТАР-ТАСС, 8.04.2005.

19 Who's Who in Iraq: Jalal Talabani. BBC, 6.04.2005.


© library.se

Permanent link to this publication:

https://library.se/m/articles/view/ИРАК-ВРЕМЯ-НЕПРОСТЫХ-РЕШЕНИЙ

Similar publications: LSweden LWorld Y G


Publisher:

Alex HirshmanContacts and other materials (articles, photo, files etc)

Author's official page at Libmonster: https://library.se/Hirshman

Find other author's materials at: Libmonster (all the World)GoogleYandex

Permanent link for scientific papers (for citations):

В. КОРГУН, ИРАК: ВРЕМЯ НЕПРОСТЫХ РЕШЕНИЙ // Stockholm: Swedish Digital Library (LIBRARY.SE). Updated: 29.05.2023. URL: https://library.se/m/articles/view/ИРАК-ВРЕМЯ-НЕПРОСТЫХ-РЕШЕНИЙ (date of access: 22.05.2024).

Publication author(s) - В. КОРГУН:

В. КОРГУН → other publications, search: Libmonster SwedenLibmonster WorldGoogleYandex

Comments:



Reviews of professional authors
Order by: 
Per page: 
 
  • There are no comments yet
Related topics
Publisher
Alex Hirshman
Geteborg, Sweden
111 views rating
29.05.2023 (359 days ago)
0 subscribers
Rating
0 votes
Related Articles
THE KOREAN PENINSULA IN 2014: WHERE WILL THE PENDULUM SWING?
Catalog: Military science 
181 days ago · From Alex Hirshman
DAYS OF AFRICA IN SWEDEN
Catalog: Cultural studies 
188 days ago · From Alex Hirshman
Messages. TWO TRENDS IN THE SWEDISH NOBLE ECONOMY OF THE 17TH CENTURY
Catalog: Economics 
258 days ago · From Alex Hirshman
ДВЕ ТЕНДЕНЦИИ В ДВОРЯНСКОМ ХОЗЯЙСТВЕ ШВЕЦИИ XVII ВЕКА
Catalog: Economics 
258 days ago · From Alex Hirshman
CHINA-USA AND THE PROBLEM OF RELIGIOUS FREEDOM
Catalog: Theology 
283 days ago · From Alex Hirshman
CARROT AND STICK
Catalog: Political science 
283 days ago · From Alex Hirshman
AN ARK FLOATING ON THE WAVES OF TIME
Catalog: Science 
283 days ago · From Alex Hirshman
THEIR "TSARSKOE SELO" ON MOKHOVAYA STREET
Catalog: Literature study 
283 days ago · From Alex Hirshman
CAIRO BOOK FAIR: RUSSIA - GUEST OF HONOR
Catalog: Literature study 
283 days ago · From Alex Hirshman
HOW TO CONDUCT BUSINESS IN EASTERN COUNTRIES?
Catalog: Economics 
283 days ago · From Alex Hirshman

New publications:

Popular with readers:

News from other countries:

LIBRARY.SE - Swedish Digital Library

Create your author's collection of articles, books, author's works, biographies, photographic documents, files. Save forever your author's legacy in digital form. Click here to register as an author.
Library Partners

ИРАК: ВРЕМЯ НЕПРОСТЫХ РЕШЕНИЙ
 

Editorial Contacts
Chat for Authors: SE LIVE: We are in social networks:

About · News · For Advertisers

Swedish Digital Library ® All rights reserved.
2014-2024, LIBRARY.SE is a part of Libmonster, international library network (open map)
Keeping the heritage of Serbia


LIBMONSTER NETWORK ONE WORLD - ONE LIBRARY

US-Great Britain Sweden Serbia
Russia Belarus Ukraine Kazakhstan Moldova Tajikistan Estonia Russia-2 Belarus-2

Create and store your author's collection at Libmonster: articles, books, studies. Libmonster will spread your heritage all over the world (through a network of affiliates, partner libraries, search engines, social networks). You will be able to share a link to your profile with colleagues, students, readers and other interested parties, in order to acquaint them with your copyright heritage. Once you register, you have more than 100 tools at your disposal to build your own author collection. It's free: it was, it is, and it always will be.

Download app for Android